Зажечь свою звезду

Зажечь свою звезду

Проходя мимо столичного института искусств и слыша гаммы на фортепиано, скрипке, виолончели, я всякий раз думала о том, как далек и загадочен для меня этот мир.

Мир музыки, в котором студенты и педагоги института живут круглосуточно, каждую минуту покоряя новые и новые его вершины. И вот накануне Дня работников культуры, который все причастные к этому празднику будут отмечать уже завтра, мне представилась возможность познакомиться ближе с ярким профессионалом из этого мира. Вера Зеленская с 1985 года работает в институте искусств, где преподает специальные дисциплины на кафедре «Музыкальное искусство эстрады». Имеет высшие категории руководителя, преподавателя, концертмейстера. И если перечислять все звания, регалии и заслуги Веры Викторовны, то выйдет большой послужной список. Кроме того, накануне тираспольские музыканты из группы «SunStroke Project» заняли третье место на «Евровидении» с композицией «Hey mamma». Двое участников этой группы являются выпускниками Приднестровского государственного института искусств (ПГИИ), а один – студентом непосредственно Веры Викторовны. Тем для беседы наметилось немало.

…В аудитории шло индивидуальное занятие Веры Викторовны с одним из ее студентов. Студент – за пианино, она внимательно слушает его исполнение. Как знать, быть может, здесь и сейчас рождается новая «звезда» мира музыки. Ведь Вере Зеленской удается это отлично – зажигать огни на музыкальном небосклоне. Именно об этом мой первый вопрос…

О «SunStroke Project», «Евровидении» и нашей победе

– Вера Викторовна, сегодня все только и говорят о ярком выступлении наших ребят на конкурсе «Евровидение». С двумя из них Вы знакомы по институту… Какие они: как музыканты, как люди?

– Сергей Степанов – ученик мой и Григория Алексеевича Мосейко по классу саксофона. Жизнь у парня не была простой, он привык много работать. За все годы учебы я ни разу не слышала от него, что он промочил ноги, у него болит зуб или он не выспался… Как студент Сергей отличался редкой организованностью и трудолюбием. Артистический кураж у него был с детства. Сергей хотел стать артистом и чувствовал себя им. Отдельно хочу сказать о его бесподобных человеческих качествах. Никогда, за все годы, что знаю его, я не встречала человека, который имел бы с ним какого-то рода конфликт. Настолько он искренний, готовый делиться и отдавать бескорыстно. Мне кажется, что Сергей является харизматическим ядром этой группы. Он обладает редкой энергетикой. Посмотрите, как он ведет себя на сцене или во время интервью. Он никогда не говорит свысока о своих достижениях.

Антон Рагоза – выпускник нашего института по классу скрипки. Очень неординарный человек, тоже с мощным характером и харизмой. Наверное, чуть более категоричный, не такой гибкий, как Сергей. Во время учебы некоторые более педантичные преподаватели могли быть не согласны с ним в чем-то, но его педагог Лидия Ивановна Черняховская всегда отстаивала его и говорила, что нельзя подавлять личность, пытаясь втиснуть ее в рамки каких-то норм. Он никогда не был конфликтным студентом, но, может быть, чуть более упрямым, более открыто выражающим свою позицию. Он очень простой и интересный в общении.

Вокалиста Сергея Яловицкого я знаю меньше, он из Кишинева. Но мы с ним встречались и общались не раз. Это удивительный человек. Мне кажется, что энергетика всех троих совпадает. Он простой, лучезарный. Несмотря на большой «послужной список» и участие в разных проектах, в нем нет больного пафоса. Он всегда общается достойно, интеллигентно, как подобает настоящему мужчине. Конечно, это яркий талант с очень сильной одаренностью и безупречным вокалом с интересной стилистикой. Поет он чисто и как-то манерно, по-своему, мне очень нравится.

– Каково Ваше впечатление от номера «SunStroke Project» на «Евровидении»?

– Тот жанр, в котором они работают, ближе к клубной музыке. Ребята нашли свою нишу. Их номер для «Евровидения» был отработан на сто процентов. Начиная от самой музыки, фраз, которые тут же запоминались, заканчивая блистательной хореографией. Посмотрите, как ребята синхронны, как выполнены движения, словно они не музыканты, а хореографы. Все четко, лаконично и зрительно. Я хочу сказать, что на конкурсе были исполнители из Швейцарии, Бельгии, чьи номера и вокальные данные не уступали. И, тем не менее, наши ребята победили, и с таким отрывом. Впервые Молдова поднялась так высоко, вошла в тройку победителей. Помимо профессионализма, подготовки и таланта, наши ребята обладают особой энергетикой, которая помогла им завоевать мировую аудиторию. Мы очень рады за ребят, очень ими гордимся. Наконец-то, надеюсь, их жизнь станет более спокойной в материальном отношении. Они все очень много трудились с детства, и эта победа не случайна. А труд музыканта подобен труду спортсмена. Ты не имеешь права останавливаться. Остановился на день – навёрстываешь неделю. Остановился на полгода, и ты уже не догонишь никогда.

Когда рождаешься в семье музыкантов

– Вера Викторовна, люди, далекие от мира музыки, часто задаются вопросом: как в него приходят…

– Мои родители приехали из Белоруссии в 64-м году. Они хотели поменять место жительства, так как отцу не подходил климат Гродно с его постоянными туманами. Отец, баянист по образованию, завкафедрой народных инструментов, разослал запросы в разные южные точки Советского Союза и получил ответ из нескольких мест о том, что специалист его уровня требуется. Одним из таких мест стала Слободзея. И мой папа подумал: «Молдавия – это так здорово! Это виноград!». Приехав, попробовали баклажаны сырыми и не поняли, как это можно есть. Моя мама, выпускница отца, поначалу рыдала, так как после Гродно Слободзея казалась глухой деревней. А отец, будучи человеком неординарным, считал, что здесь, возможно, ты принесешь больше пользы, чем где-то в большом городе.

И я не знала, что существует другая жизнь и другие профессии. Мои родители оба были музыкантами. Мама начала заниматься со мной на фортепиано, когда мне исполнилось 4 года. В нашем доме шли разговоры о том, что в Кишиневе есть одна на республику школа, куда берут одаренных детей. Я заявила, что хочу учиться только там. Поступила с первого раза. Учиться было настолько интересно, что я, очень скучая по дому, все равно не согласилась перейти на учебу в Тирасполь. Самым важным человеком там для меня стал мой педагог по фортепиано Евгения Бочкина. Добрее, мудрее педагога я никогда не встречала. Она пропитала мое сердце любовью и к себе, и к музыке. По окончании 11-го класса я поступила в консерваторию Кишинева, в класс академического фортепиано. Мой отец 10 лет добивался, чтобы в тираспольском училище (сегодня ПГИИ) открыли эстрадную кафедру. И мы стали работать с ним вместе.

– Знаю, что Вы много учились, чтобы стать таким музыкантом, каким, безусловно, гордился Ваш отец…

– Я до сих пор учусь. Так делают все музыканты, не только исполнители, но и педагоги. Десять лет назад с детьми можно было работать по одним методикам, а сегодня их нужно заинтересовывать по-другому. Наша работа несет в себе очень много монотонности и механических действий. Порой одну пьесу приходится учить несколько месяцев, полгода. Но мне кажется, что сегодня намного легче и интересней работать. Я имею возможность учитывать индивидуальность ученика в большей степени, чем раньше.

Если классическая музыка не часть тебя…

– Расскажите о Ваших учениках и о приднестровском зрителе, который посещает концерты классической музыки. Злые языки поговаривают, что публика сегодня не та…

– Талантливых детей меньше не стало. Люди Приднестровья обладают невероятными качествами для артиста, для музыканта. И, к счастью, к нам идут учиться на кафедру и, как правило, учатся с большим энтузиазмом. У нас очень хороший коллектив. Благодаря тому, что все мыслят в одном направлении, создается определенная аура творчества. Мне нравится и сегодняшний зритель. Те, кто любили классическую музыку, и сегодня преданы ей. А остальная часть аудитории разделилась на любителей бардовской песни, хорового пения, эстрадной, роковой, джазовой музыки. Просто вариантов сегодня больше.

– Что делать нам, людям непосвященным, но страстно желающим понять и проникнуться классической музыкой?

– Конечно, прослушивание классической музыки требует большого интеллекта, подготовленности и организации внимания. Я отношусь благодарно к любому слушателю. Если на концерт пришел человек, пока далекий от мира классической музыки, то для меня важны его искренность и желание понять. Чем больше приходит к нам зрителей, особенно непосвященных, тем большее дело мы делаем!

– Родители часто «толкают» своих детей на уроки классической музыки, и те потом во взрослой жизни вспоминают их как что-то мучительное…

– Музыка развивает интеллект, концентрацию, внимание, эмоциональность, помогает раскрепостить нервную систему. Даже занятие музыкой «для себя» полезно: такой ребенок более успешен в жизни, более развит интеллектуально. Но занятия должны быть построены так, чтобы ребенок чувствовал потребность в них. Тут нужен индивидуальный подход. Один будет играть гаммы изо дня в день, а другой – ни за что.

А что сегодня, или немного о мечтах…

– Вера Викторовна, кем Вы ощущаете себя в большей степени сегодня: музыкантом или педагогом?

– Я занимаюсь организацией различных проектов, их режиссурой, постановкой. Исполнительской, педагогической деятельностью. Все это я люблю, и выделить что-то одно сложно. Наверное, с годами больше углубляюсь в педагогическую деятельность. Ты кого-то обогащаешь знаниями, а он взамен отдает свои. Потому что нормальный педагог осознает, что даже маленький ребенок, что уж говорить о студентах, может и тебя чему-то научить.

– О чем Ваши мечты и чаяния сегодня?

– В следующем году было бы 80 лет со дня рождения моего отца, и мне хотелось бы провести большой памятный концерт, в котором будут участвовать музыканты, студенты. Я бы хотела издать сборник папиных аранжировок и партитур. Написать книгу о кафедре, о вкладе папы в ее развитие. Поскольку именно он стал тем центром, на творческом духе которого сегодня развиваются наши молодые педагоги. Он заразил всех этим вирусом профессионализма. Он создавал каждого из нас, воспитывал личным примером. Хочу, чтобы еще больше детей приходило к нам на кафедру, хотя нехватки в абитуриентах у нас нет. Но чтобы конкуренция была жестче.

Выключаю диктофон. И спешу в редакцию, чтобы не расплескать по пути то, что на диктофон записать невозможно. Ощущение от беседы, от человека… Вера Викторовна при всех своих званиях и невероятном профессионализме в первую очередь оказалась для меня редким и очень приятным собеседником. С мягким голосом и умением тонко чувствовать вопросы. В ответ на них не подбирать слова, а говорить от души. Естественно говорить. С присущей ей открытой улыбкой и любовью к людям, прежде всего.

Татьяна АСТАХОВА-СИНХАНИ.

© 2017 Газета Приднестровье

ПОХОЖИЕ МАТЕРИАЛЫ